15:51
Канта Ибрагимов. Отрывок из книги «Академик Пётр Захаров»

 

Канта Ибрагимов – председатель Союза писателей Чеченской Республики, доктор экономических наук, профессор, лауреат Государственной премии РФ в области литературы и искусства.

 

(отрывок из книги «Академик Петр Захаров)

…Захаров никогда себя к жертвам не причислял, об этом не писал, не говорил. Он понимал, что историю не перепишешь, не переделаешь, а жить надо настоящим и будущим. Так Захаров и жил. И можно вновь и вновь о многом во взаимоотношениях Захарова и Ермоловых говорить, а факт – налицо, когда Захаров женился, его посаженным отцом был не кто иной, как А.П.Ермолов(ЦИАМ.Ф.203.Оп.745.Д.414.л.22-23).

А отвечая на поставленный вопрос «Что бы стало с вашим Захаровым, если бы не Ермолов?», скажем так: если бы не Ермолов, то как такового Захарова-художника не было бы, а был бы простой житель большого цветущего села Дада-юрт, и у него было бы многочисленное потомство. Возможно, кто-либо из них и стал бы художником…

Но все эти «если», как и сослагательное наклонение, в истории и жизни бессмысленны и бесполезны. Надо исходить лишь из имеющихся фактов и произошедших событий. И тогда надо отметить, что в жизни и становленииЗахарова Ермоловы сыграли значительную роль. Однако известным художником он стал благодаря лишь самому себе– своему таланту, терпению, упрямству, силе воли. А иначе… Мы знаем, как иначе сложилась жизнь собрата Петруши – лезгина Павла Захарова.

Остается открытым еще один вопрос: был ли рад Захаров своей судьбе или он предпочел бы естественный ход событий – без войны, без Ермолова, без насилия, но в безвестности.

На это он, предположительно дал однозначный ответ своему другу Лермонтову, а тот поведал его нам:

Увы! – за несколько минут

Между крутых и темных скал,

Где я в ребячестве играл,

Я б рай и вечность променял…

Как говорится, комментарии излишни. Вот только надо пояснить, что имел в виду Захаров под вечностью?

Ответ на этот вопрос найден в письме Екатерины Петровны Ермоловой, датированном началом ХХ века, когда она уже старушка, продавала очередную картину П.Захарова известному московскому коллекционеру:

«Чеченец ребенком взятый около убитой матери он был воспитан моим отцом П.Н.Ерм. Петр Андр.Кикин и Александр Ив.Мамонов помогли отцу развить редкие способности Захарова к живописи. Он был академиком. Петруша умер чахоткой в 1845г. (или 46). После его смерти его жена умерла тоже. Лучшие его произведения: портрет Ал.П. на академика (в Академии), портрет Иноземцева, брата Гриши. Он мечтал писать картину: «Моление о чаше». Он мне в 44г. говорил свой план: Спаситель на коленях изнемог и опускается ангел поддерживает его глядя на небо, где из-за длинного облака в полоске света сияет чаша и от нее лучи падают освещенная Его свыше. Бедный Петруша будто предчувствовал близкую смерть и говорил мне: «Ах, только бы года четыре пожить чтоб жить вечно». Это было в годовщину смерти отца 20 июня 1845 г. и этот же год он умер».

В этом письме много неточностей. Это и понятно, Е.П.Ермолова уже очень пожилая женщина, да и прошло с тех пор более полувека времени. Так что плюс-минус год-два для нее значения не имели. А вот очень важно то, что описана последняя задуманная работа художника. И раз Захаров рассчитывал ее писать четыре года, то это должно было быть грандиозно, масштабно, вечно. Как работа К.Брюллова «Последний день Помпеи», а еще ближе – шедевр А.А.Иванова «Явление Христа народу».

Судя по описанию Е.П.Ермоловой, это сюжет на извечные библейские темы. Восхитительный проект. Известно, что уже были сделаны наброски, эскизы, пробы. Но они не сохранились. Захаров знал, что их никто не сохранит. Сохранят только готовые, стоящие его картины. А его имя? Даже могилы нет. И записи о смерти в метрических книгах нет. Он умрет, его забудут. Как он боялся этого! Он это предчувствовал:

Меня печалит лишь одно:

Мой труп холодный и немой

Не будет тлеть в земле родной, и повесть горьких мук моих

Не призовет меж стен глухих

Вниманье скорбное ничье

На имя темное мое.

В этом, конечно же, Петруша неправ. Он знал и только он мог знать, что он сделал и как, для кого сделал и сколько. Только он знал, как он жил, терпел, боролся, страдал, работал, к недостижимой цели стремился и достиг ее. И его имя - Петр Захаров-Чеченецъ из Дада-Юрта, не только сегодня, но и тогда, когда он был просто посторонним воспитанником Академии художеств, не было «темным». Он и тогда был Петр Захаров – амбициозный, талантливый, независимый, целеустремленный и дерзкий молодой человек.

Но в данном случае под определением «имя темное мое» скрывается много смысла и грани. Надо помнить порядки и нравы того времени, когда происхождение, родословная, чин, звание имели первостепенное значение.

По этому поводу еще раз обратимся к воспоминаниям художника Мокрицкого. У Мокрицкого, казалось бы, есть все. Он дворянин, но дворянин из Малороссии и у него характерный говор и произношение, поэтому над ним посмеиваются. Мокрицкий страдает, переживает, комплексует.

В этом отношении состояние Захарова было бы совсем печальным – пленный, без состояния и родословной, чеченец, имя, отчество и фамилия – чужие. Как мы знаем, он сделал попытку изменить фамилию еще в юном возрасте – пресекли. Но вряд ли кто смел над ним смеяться. Мы ведь помним его «Юношеский автопортрет» - как вызов, как справка о его происхождении… Стоп! Упомянув еще раз «Юношеский автопортрет», хочется сделать еще одно очень важное лирическое отступление. Дело в том, что «Юношеский автопортрет» - это некая завязка и даже кульминация не только данного исследования, но и самой жизни Петра Захарова.

Опираясь, прежде всего, на краткий, но очень выверенный, аргументированный и научный анализ академика РАН Ю.С.Степанова, мы оценили роль и значимость это «Автопортрета» и пришли к выводу, что он был как вызов, как знак того, что он – Захаров – не изгой, не дикарь, не раб и не военнопленный, а такой же, как и все остальные. Впоследствии он это доказал, став свободным художником и Академиком живописи.

Добившись признания, Захаров пишет еще один автопортрет. Правда, эта работа Захарова называлась «Портрет неизвестного с тростью и шляпой. 1845». Подпись внизу «Захаровъ-Чеченецъ 18 7/10 45». Портрет хранился с 1963 года в Чечено-Ингушском республиканском музее изобразительных искусств им. П.З.Захарова, пропал во время боевых действий, нынешнее местоположение неизвестно.

Репродукция этой картины годами, то есть весь период работы над проектом «Петр Захаров», была у меня перед глазами, и я пытался понять, кто на ней изображен. Тщетно. Однако по мере ознакомления с жизнью и творчеством Захарова я вдруг понял, что эта работа явно отличается от других портретов: совсем иной стиль, посыл и явный вызов – «Я ведь говорил, кто я такой!»

Так ведь это – Захаров! Это его автопортрет, только повзрослел, поредели волосы, взгляд приуныл.

Для верности я обратился к специалистам-искусствоведам Москвы, Петербурга и Пятигорска, и они согласились с моим предположением. Это Захаров. Автопортрет. Та же трость в руках, но теперь еще и шляпа. Он ее снял, чтобы поприветствовать нас и еще раз представиться – смотрите, это я, Петр Захаров-чеченец, свободный художник, академик живописи, человек благородный кавказский кровей.

На этом автопортрете художник предельно строг, серьезен, величав, с достоинством, но без гордыни, пафоса и надменности. И  явно ощущается, что одинок, очень одинок – тоска и уныние в глазах. А в целом – чистота, притягательность и добро в его образе.

Вот такой был Захаров – аристократ! По духу, по мысли, по делам, по творчеству, в истории. Всей своей короткой жизнью, полной борьбы, болезни, труда и одиночества, он писал свое собственное имя. Доблестно, великолепно и достойно его написал, написал самостоятельно, гордо и навеки. И при этом от данного ему имени не отрекся, его тоже возвысил, сохранил, приумножил.

И сегодня, два века спустя, когда мы утверждаем, доказываем и провозглашаем, что Петр Захаров был великим художником, кое-кто возмущается, мол, в России таких было тысячи.

Да, художников в России было много, а таких, как Захаров, всего с десяток-другой. Но главное ведь не в этом, не в его живописном гении, а в том, что с помощью этого мастерства он, как древние классики, смог донести до потомков свою историю, свою судьбу, судьбу своего народа и родного аула.

Мы знаем, что сотни поселений горцев Кавказа были стерты с лица земли, и даже названия их, как и имена жителей, не сохранились. А из цветущего, большого, богатого аула Дада-Юрт выжил один мальчик и он стал настоящим сыном своего отца, рода, народа, аула. Он один выжил после жесточайшего побоища и истребления, и он терпел:

Ты помнишь детские года:

Слезы не знал я никогда…

В одиночку и в одночасье он выстоял, во весь рост встал, победил, и победил не просто так, не грубой силой, навалом, не с пушками и штыками, а знаниями, интеллектом, врожденной воспитанностью и трудом. И он, не зная своего настоящего имени, но зная, чей он родом и из какого села, сохранил эти исконные названия – Дада-Юрт и Чеченец, вписал их большими буквами в свое имя и заставил многих через призму этого имени историю Дада-Юрта и всего кавказского края изучать, знать, любить, уважать…и поэмы об этом крае слагать.

Вот почему велик Академик Петр Захаров – Чеченец из Дада-Юрта, славный мальчик, прекрасный художник, замечательный человек и настоящий патриот своего народа и всей России!

Просмотров: 37 | Добавил: kanta_ibr | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar
close